World Sayings.ru - Сказки Центральной Индии - Краб-попутчик Хорошие предложения для хороших друзей

Английская пословица:

Главная      Sayings      Помощь      Каталог


Сказки Центральной Индии

КРАБ-ПОПУТЧИК

   Когда-то давным-давно, говорят, жили два брата. Старший был женатый, а младший — холостой. Родителей у них не было. Отец и мать умерли, когда они еще совсем маленькие были. Была у них сестра, постарше их, до поры она их и кормила — к людям нанималась на работу да колосья на полях собирала.
   Потом сестра замуж вышла, и остались братья бездомные, без куска хлеба. Прослышали о том их дядья, братья матери, и пришли забрать их к себе.
   — Слушайте, племянники,— говорят.— Вы остались без дома, и некому за вас заступиться. Пойдемте с нами, мы вас к себе возьмем. Где вы будете жить? Кто вам готовить станет? А если вдруг захвораете и лихорадка трясти вас начнет, кто за вами присмотрит? Мы ведь видим, каково вам нынче приходится. Потому мы и пришли забрать вас к себе. Знаете, как говорят: «Если дети осиротеют, они живут, пока не вырастут, у дядьев, отцовских братьев; а не у них, так у материной родни». Вот мы и пришли за вами.
   Так говорили они этим мальчикам. А в деревне той жили еще их другие дядья — братья отца. Тех тоже позвали и при них это все говорили. Младший из отцовских братьев и говорит:
   — Слушайте, так не годится. Одного берите к себе, а второго мы вам не отдадим. Старшего я сам возьму. А то ведь вы нас ославите, а в один прекрасный день и этих ребят ославите тоже. Станете им говорить: «Вот, парни, глядите, у вас полная деревня отцовской родни, дядья там живут. А много они о вас позаботились? Хорошо, что мы у вас есть — вас к себе взяли; сами видите, вы у нас дом нашли. Если б не мы, шататься бы вам, как бродягам, кто его знает, в каких краях. Мы вас пожалели и сюда привели, сами видите; вы у нас в люди выйдете. А отцовская ваша родня о вас и думать забыла». Вот как вы станете потом говорить. Потому я и говорю: обоих мы вам не дадим. Одного здесь оставим.
   Судили, рядили и порешили, что младший к материнской родне пойдет, а старший останется у отцовской. На том вроде бы и порешили, вдруг кто-то сказал:
   — Слушайте, неладно выходит. Мы тут решаем, а ребят-то и не спросили, куда они сами хотят.
   — И верно,— все говорят,— ты правильно говоришь. Ладно. Поправить дело недолго. Давайте сейчас их самих спросим.
   Вот они и спросили тех братьев:
   — Ну, племянники, а вы-то что скажете? Говорите, не таитесь, а то мы сделаем, как сказано было.
   Стал говорить старший брат — другой-то был совсем маленький, он ничего не сказал. Старший, значит, и говорит:
   — Да, дяденьки, это вы верно сказали. Я сам тоже так думал. Если бы вы нам обоим велели уйти, я бы не пошел, отказался бы. Почему? У нас, сами знаете, здесь земля, потому я и не хочу уходить. Теперь вы сами так порешили, я очень рад. Вы, дяденьки, возьмите брата к себе, а я пока останусь тут. Будет мне плохо здесь, я тоже приду к вам.
   На том и договорились. Младшего брата взяли дядья по матери, а старший остался у отцовской родни.
   Старший брат так и жил там, покуда не вырос и дядя с теткой его не женили. Они его обучили всякому делу, и за любую работу он умел взяться. В поле он тоже хорошо научился работать. Только жену они выбрали ему неудачно. Им-то самим и работой его они очень были довольны, а вот жена пришлась не ко двору. Скажут ей что-нибудь — она обидится и убежит (Женщины у санталов и дравидских народностей Центральной Индии обладают значительно большей независимостью, чем при весьма жестком индуистском семейном укладе домостроевского типа. Об этом, в частности, говорит сравнительная свобода выбора девушками мужа (во всяком случае предполагается их доброе согласие) и допустимость развода по инициативе как той, так и другой стороны. Здесь признается обычным, что молодая жена, поссорившись с мужем, убегает к родителям, куда мужу приходится идти и вести ее назад с уговорами); молодой муж чуть не каждый день ходит ее уговаривать и назад звать, а работа стоит. Дядя и тетка его стали поругивать. Кое-как он у них год дотянул (Поскольку юноша фактически батрачил на родственников, он не мог их покинуть до конца сезона сельскохозяйственных работ (в конце прошлого века обычный срок найма составлял год).).
   На другой год он оставил дядю и тетку и пошел в семью к тестю. Только и там он не ужился. Пришлось ему вернуться в родную деревню и построить себе дом. Привел он туда жену и стал жить там.
   А младший брат жил с материной родней, и все его баловали. Работать его не заставляли, и он ничегошеньки делать не научился. Старший брат-то не знал, что он бездельником вырос. Как зажил он своим домом, так и сказал жене:
   — Кто у нас будет за волами смотреть? Где нам найти работника? Давай возьмем к себе моего брата. Он за скотиной будет ходить.
   Порешили они так и взяли его. Взять-то они его взяли, только ни к какой работе он не годился. Надо скот пасти, а он, захочется ему, так пойдет, не захочется — нет. Старший брат с женой устали его уговаривать. И бранили они его и обзывали лентяем. Как его ни ругают, ему все нипочем. Надоест, возьмет да и убежит к материной родне. Только и там его больше не жаловали за такое безделье и кормить не хотели. Ничего ему не оставалось, как возвращаться с повинной. Деревня вся уже знала, какой он лентяй; никто и водиться с ним не хотел. А брат как никак, работает он или нет, его все же кормил. Не давал ему с голоду помереть.
   Так вот он и подрос, и женить пора его стало. Только ни брат, ни невестка об этом не заикнутся — все из-за его лени. В конце концов и сам он понял, в чем дело, и думает: «Эти двое жены мне искать не станут. Пойду-ка я отсюда в чужие края». Надумал он так и стал искать попутчика. Говорит то одному, то другому:
   — Пойдем со мной, приятель. Отправимся в чужие края, службы поищем.
   Только никто его и не слушал — все знали, какой он бездельник.
   Как-то раз, говорят, брат и невестка отругали его сильней, чем всегда. Это его уязвило, он в сердцах и ушел. Шел мимо пастбища, увидел пастушат и зовет их:
   — Эй вы, пойдемте со мной, составьте компанию.
   — А куда? — спрашивают.
   — Куда глаза глядят и ноги ведут,— отвечает.
   — Нет,— говорят,— тебе, лентяю, мы не компания. Мы с тобой не пойдем.
   Так никто из деревни его и не поддержал, пришлось ему идти одному. Идет он и размышляет: «Во всей деревне никого в помощь мне не нашлось. Неужто так и идти одному, без попутчиков? Нелегко мне в дороге придется». От таких мыслей он и голову повесил.
   Идет дальше, видит краб вырыл норку. «Что ж,— думает,— во всей деревне не нашлось мне попутчика. Выкопаю-ка я этого краба и возьму его с собой». Решил он так и начал копать. И вот, послушайте, копал он и копал, все так и копал, пока не докопался до краба. Взял его и говорит:
   — Ты, краб, мой товарищ, ты мой товарищ и друг. Куда я ни пойду, всюду тебя буду брать. Никогда тебя не брошу. Ты всегда со мной будешь.— Сказал он так сам себе и завязал краба в полу.
   Пошел он дальше. Есть захочет — зайдет в деревню, попросит. Так он прошел два царства, а то и три. Дальше пошла земля, где объявился ракшас. Парень пришел туда как раз, как вечереть начало. А тамошний раджа велел огласить всему народу указ: «Ракшас опустошает мое царство. Кто убьет ракшаса, тому я отдам мою сестру в жены и еще дам четверть царства в придачу». Вот какой указ там огласили.
   Парень, значит, пришел туда как раз, как завечерело. Зашел он в одну деревню, а в той деревне у самой околицы росло манговое дерево. Под этим деревом он и устроился на ночь. Зашел в один дом, попросил огня, развел себе костер и стал укладываться. Народ ему говорит:
   — Слушай, юноша, ты ведь один, не ложись тут. Пойди к нам, переночуешь у кого-нибудь в доме с людьми. Тут у нас теперь стало очень опасно — ракшас здесь объявился, много народу поел. Ты ведь один, так он тебя, без сомнения, сожрет. Вот мы и говорим: иди к нам, переночуешь с людьми.
   — Нет,— отвечает парень,— я не один. Нас двое.
   — Ну да? А где же второй? — спрашивают.— Мы видим тебя одного. Другой-то отстал, что ли?
   — Нет, почтенные,— говорит он,— нас двое. Никто тут один не останется. Мы обойдемся лучше нельзя.
   — А если тебя ракшас съест, что нам делать?
   — Значит, такая моя судьба — умереть. А если так, чем вы тут поможете?
   — Послушай, юноша,— все опять говорят.— Мы видим тебя одного. Где же второй? Нам его не видать.
   — Почтенные,— отвечает он.— Нас поистине и вправду двое, только вы второго увидеть не можете.
   Видят они, что он опять за свое, и спрашивать перестали. «Верно,— думают,— это он Чандо разумеет, когда о втором говорит». И сказали:
   — Ну ладно, если вы с ним к нам идти не хотите, что нам еще делать?
   На том и кончился разговор. Народ оставил парня в покое и по домам разошелся.
   А парень развел костер, сам улегся под деревом, а краба на волю выпустил. Он, говорят, всегда так делал: где ни остановится на ночь, везде первым делом выпустит краба.
   В полночь пришел в деревню ракшас — съесть кого-нибудь. Увидел у околицы парня, сразу к нему подошел и спрашивает: — Кто лежит? Кто тут спит, приятель? Парень слышит, а не отвечает. Ракшас и подошел к нему вплотную. Только нагнулся и пасть разинул, краб скок к нему и хвать его клешней за глотку. Так ловко схватил, что тут же и удушил. Упал ракшас и не движется. Краб у него на горле так и провисел до утра. Парень проснулся, глядит: краб ракшаса задушил. А у него с собой было нахарни. Он взял и отщипнул им у ракшаса мочки ушей; когти у него он тоже обрезал да и кончик языка заодно. Потом спрятал краба, а сам лег и опять заснул.
   В той деревне был стражник из касты дом. Идет он рано поутру и видит: лежит мертвый ракшас. Побежал он домой, принес топор и отрубил у ракшаса ногу. Притащил ее домой, швырнул с грохотом на пол, а потом погнал прочь из дому жену и детей, всех их прочь погнал и барабаны свои тоже выбросил вон. «Я,— говорит,— на сестре раджи женюсь и царство получу. На что мне они все?» Сказал так и всех выгнал из дому.
   Собрался тут весь народ. Пошли, смотрят: и впрямь кто-то убил ракшаса. Только все равно они дому не очень поверили. «Может быть,— говорят,— его этот чужеземец убил». Так они промеж себя говорили, а парень молчит, ничего им не рассказывает. Тогда спросили его:
   — Слушай, юноша, кто убил ракшаса? Ты его убил или дом?
   — Наверно, уж тот, кто убил, взял себе какие-то знаки,— говорит тот.
   — Он унес с собой целую ногу. Мы ее у него сами видели. А где твои знаки?
   — Ладно,— говорит парень.— Подите скажите вашему радже: пусть тому из нас, кто представит верные знаки, обещанное отдадут.
   — Хорошо,— согласились они.— Ты правильно говоришь. Это верно, пусть раджа сам все рассудит.
   И вправду послали к радже обо всем ему рассказать. Раджа сказал:
   — Хорошо. Я сейчас пошлю солдат посмотреть, вправду все так или нет. А как посмотрят, тащите ракшаса сюда, и пусть этот дом сам принесет ногу. Чужестранца тоже с собой приведите, там его не бросайте.
   Вернулись посланные и с ними солдаты. Посмотрели на ракшаса — все верно сказано. Тогда солдаты говорят парню:
   — Слушай, ты, есть у тебя доказательства? Покажи свои знаки.
   — Здесь я ничего не покажу,— отвечает он.— Пойдемте к радже. Там сразу покажу все, что у меня есть.
   — Почему так? — дивятся они.— Откуда он взял свои знаки? Надо посмотреть.
   Осмотрели они ракшаса, да только никто так и не понял, какие знаки он взял себе в доказательство. А он ничего сказать не хочет.
   — Идем тогда к радже,— говорят. Взвалили ракшаса на плечи и понесли с собой. Принесли к радже; раджа его осмотрел. Тут выходит вперед дом.
   — Я убил этого ракшаса,— говорит.
   — Подожди,— сказал раджа.— Дай я сперва людей расспрошу. Может, не ты убил.
   Он и вправду спросил народ и солдат, что туда посылал:
   — Слушайте, вы. Спрашивали, кто убил ракшаса? Вон дом, видите, ногу принес. Знать бы, он его убил или кто другой?
   Те отвечают:
   — Кто его знает. Точно сказать мы не можем. Чужеземец лежал там и спал, и ракшаса в том самом месте убили, а кто убил — он или дом,— мы не знаем. Чужеземец-то говорил: «У меня тоже есть знаки». Мы его спросили: «Какие у тебя знаки? Покажи нам». А он отвечает: «Я их покажу перед раджей». Спроси их обоих: пусть они свои знаки покажут.
   Раджа говорит:
   — Покажите оба ваши знаки. Я ваше дело рассудить не могу, пока знаков не видел.
   Тогда дом положил перед раджей ракшасову ногу.
   — Смотри,— говорит,— вот мой знак.
   — Ты сам принес эту ногу? — спрашивает раджа.— Или кому-нибудь дал нести?
   — Я сам ее сюда принес,— отвечает дом.— Никому не велел ее трогать.
   — Хорошо,— говорит раджа, потом парня спрашивает: — Слушай, ты. Где твои знаки? Покажи.
   Тут он, говорят, развязал узелок на одежде и вынимает все, что отрезал: от языка, от ушей и когти тоже. Вынул, показал всем, потом положил все перед раджей и говорит:
   — Гляди, батюшка, вот мои знаки.
   И впрямь, как посмотрели они у ракшаса лапы и уши, пасть тоже раскрыли и на язык взглянули, так и увидели — нигде кончиков нету. Посмотрели на ногу, что дом принес,— нету когтей. Тут раджа и народ говорят:
   — Этот чужеземец убил ракшаса. Если бы дом убил, откуда бы тому когти взять? Нет, это он убил ракшаса.
   Попробовал дом всякую напраслину на парня возводить, только ему не поверили, еще и отругали как следует. Ничего другого дом не придумал и с позором вернулся домой. Начал он тут жену и детей улещивать, обратно их звал, да только и они над ним посмеялись.
   — Нет,— говорят,— мы назад не вернемся. Ты на сестре раджи женился, ты важная птица, а мы низкой касты. Мы к тебе ни за что не пойдем. Мы тут к кому-нибудь работать наймемся, как-нибудь прокормимся сами.
   И верно, в тот день они домой не пошли. Только на третий день дом уговорил их вернуться. Народ над ним очень смеялся, а ему и ответить нечего.
   А парню раджа тут же при всем народе отдал свою сестру в жены. Дал ему полцарства впридачу и грамоту в том написал — все как надо. Для народа устроили пир, а парня одели в нарядное платье и повели во дворец.
   Раджа-то знал: первой же ночью парень умрет, и все царство при нем останется. Почему? Он уж не раз выдавал сестру замуж, и все ее молодые мужья так умирали, один за другим. Он это помнил и говорил сам себе: «Он ночью умрет, а царство моим останется». Вот почему он так легко отдавал свою сестру замуж. Женил он, значит, парня на сестре, взял к себе во дворец и обходился с ним, как со своим.
   Вечером отнесли кровати в один из покоев и устроили там молодых на ночь. Их там спать уложили. Фонарь зажгли, весь дом осветили. Как легли, парень вынул краба и положил к себе на грудь. Потом он заснул, а молодая рани уснула и того раньше.
   Только парень заснул, говорят, сразу две змеи поползли из ноздрей молодой рани, чтобы ужалить ее нового мужа. Увидели краба и спрятались обратно. Ненадолго спрятались, вот-вот снова вылезут — молодые-то крепко спят, им невдомек, что творится. «Ой-ой-ой,— думает краб,— эти змеи без сомнения хотят прикончить моего товарища. Погодите, я им сейчас покажу».
   Решил так краб и, говорят, забрался к молодой рани на шею, к самому рту, и там затаился: лежит и клешни вперед выставил. А змеи высунутся чуть-чуть и сразу назад прячутся. Много раз они так выглядывали да вдруг и вылезли малость подальше, головками крутят, жало высовывают. Краб, говорят, тут как тут, разом хвать их обеих клешнями. Назад им не уйти — краб их клешнями зажал и не пускает. Змеи наружу выползли, вьются, хвостами краба всего обмотали, а краб их не отпускает. Защемил их посильнее клешнями и прикончил обеих. Как перестали они шевелиться, он сполз с ними с кровати на пол.
   Первым проснулся на заре парень. Стал искать руками, где краб, на груди у себя его не нашел, испугался и мигом вскочил. Видит, лежит он на полу, между кроватей, на которых их спать уложили, весь обмотанный змеями, так что ему и не двинуться. Закричал он со страху: «Ой! Ой!» Потом смотрит — змеи-то мертвые, а краб живой. Вот, говорят, он и спрашивает у краба:
   — Слушай, приятель, где ты нашел этих змей?
   — Эти змеи тебя чуть не ужалили,— отвечает краб.— Твое счастье, что ты меня с собой взял. Это тебя и спасло. А то быть бы тебе мертвым. Эти змеи вылезли из ноздрей у молодой рани.
   Услыхал это парень, опечалился и говорит:
   — Слушай, приятель, ты меня спас от многих опасностей. Без тебя как бы я жизнь сохранил? Будь я один, мне давно бы конец пришел.
   Тут и молодая рани проснулась. И хоть оба они уже не спали, они остались в покоях, принялись толковать о том, о другом и всяком прочем и забавлялись вдвоем. Солнце высоко поднялось, а они все не выходят. Раджа уж мусорщиков созвал и держит их во дворе наготове. Он думал — он ведь по старому опыту знал, вы сами слышали,— что парень ночью умрет. Потому он и мусорщиков позвал, чтобы были готовы. А тут, немного погодя, говорят, оба они встают и выходят. — Матушки! — закричал раджа.— Ну и негодник. Он не умер. Я-то думал, он наверняка умрет этой ночью. Столько женихов померло от нее; этот тоже непременно должен был умереть. Затем я и мусорщиков позвал, чтобы его вынесли. Матушки! Я смотрю, он живой!
   Раджа перед этими мусорщиками вконец опозорился. А они с него все равно денег потребовали, что за работу им причиталось. Так все и осталось.
   То ли из-за змей, что в ней жили, то ли по какой другой причине, только молодая рани, говорят, никогда не была в теле. А тут, как змей-то не стало, она зачала и с той поры, говорят, стала пышная.
   После того дней десять или двенадцать парень клал краба ночью на грудь, потом сообразил: «Нынче мне больше ничего не грозит. Похоже, все опасности позади». Пораскинул умом и говорит сам себе: «Краб устроил мне жизнь: он меня женил и раджей сделал. Надо мне найти для него местечко получше и отнести туда».
   Вот раз он сказал крабу:
   — Слушай, приятель, ты давно уж мне помогаешь. Ты спас меня от многих опасностей, а мне нечем тебя отблагодарить. Скажи мне, чего ты хочешь.
   — Хорошо,— отвечает краб.— Я ведь, сам знаешь, спас тебе жизнь.
   — Верно,— согласился тот.— Ты мне жизнь спас. Никто этого не отрицает.
   — Так вот,— говорит краб.— Ни о чем больше я тебя не прошу, сделай мне одну милость. У раджи много прудов. Отнеси меня в такой пруд, который никогда не пересыхает и где во всякое время года много воды, и оставь там. А если меня кто-нибудь случаем выловит, ты меня вызволи.
   И вправду он отнес краба в пруд, который никогда не высыхает, и сказал ему на прощанье:
   — Живи теперь как знаешь, а если случится, что я приду сюда искупаться, выходи мне навстречу, пожалуйста.
   И ушел.
   С полгода прошло, и прослышали старший брат и другая родня, что младший стал раджей и владеет царством. И вот раз поехал молодой раджа на слонах и конях навестить старшего брата. Приехал и говорит старшему брату и невестке:
   — Глядите, вы оба, вы все лентяем меня величали. Как же тогда это выходит, что я могу ездить на слонах и конях, а вы, хоть и трудитесь столько, никогда ни на слона, ни на коня не влезали?
   Они не нашли ни слова на это ответить. Потом устроили ему угощение, и младший брат им сказал:
   — До каких пор вы здесь будете мучиться? Я добыл для нас царство. Поедемте, я возьму вас туда.
   — Нет,— отвечают они,— в этом году мы уехать не можем. Приезжай на будущий год.
   Так младший брат получил полцарства. Как прошло шесть лет или семь, это значит, с той поры, как он все получил, он привез старшего брата с женой. Стали они жить вместе. Он им говорил:
   — Раньше вы меня не уставали бранить, лентяем меня обзывали. Глядите теперь, разве не я, ваш лентяй, раджей стал? А вы так много работали, почему вы не стали раджами?
   Говорил он им так, потом кончил. Не стал больше так говорить. «Если я много буду так говорить,— сказал он сам себе,— брат и невестка обидятся. Они могут сказать: „Он для того и взял нас сюда, чтобы мы слушали такие речи. Давай уйдем обратно и кончим с этим». Подумал он так и перестал говорить. Кончил раз и навсегда.
   Потом оба брата ушли с земель другого раджи и выстроили себе дворец на новом месте. И стали там раджами на веки веков. Детей завели, стало их много.
   Вот и кончаю я эту сказку. Хватит того.


0 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97



С помощью поиска можно
выбрать лучшую народную мудрость мира,
необходимую именно Вам и именно сейчас.
Поиск по всей коллекции:
"Пословицы и поговорки народов мира"
World Sayings.ru



Главная | Sayings | Помощь | Литературный каталог



NZV © 2001 - 2017